Мажор  - Эмилия Грин

– Попалась… – тихо рассмеялся, забираясь на неё сверху.

С распущенными влажными волосами и в моей футболке златовласка выглядела как вкуснейший сливочный десерт. Хотелось распробовать её всеми возможными способами. Дыхание окончательно сбилось, когда я втянул ноздрями еле уловимый запах медового геля для душа.

Ох, черт!

Красавица смотрела на меня снизу вверх, и я ощутил нечеловеческое желание. Каждая мышца на теле горела огнем, пока я изучал выражение бездонных бирюзовых глаз. В её взгляде читался целый калейдоскоп эмоций. Примерно тоже самое творилось в моей чертовой душе. Страсть. Похоть. Нежность. Ярость. Всё перемешалось в термоядерную смесь, и теперь она глядела на меня с видом ребенка, сжимавшим в руках канистру бензина и спичку. Достаточно одного неловкого движения, чтобы всё взлетело на воздух.

– Феликс… мне тяжело… – прошептала пересохшими губами, лежа подо мной.

Наши бёдра соприкасались. Ощущал манящую теплоту, исходящую от её живота. Эти поцелуи и ласковые объятия разбередили душу. Я пропал. Кровь хлынула к члену с такой силой, что сосуды в глазах полопались. Чуть выпрямил руки, ощущая, как дрожат мои напряженные бицепсы. Сука-а-а… Знал, что она нуждается во мне не меньше, чем я в ней, но отчетливо осознал – если сейчас надавлю и получу свое, с утра Мягкова просто возненавидит меня. Ведь девушка уверена – мне нужен только секс.

До сегодняшнего вечера я и сам придерживался подобного мнения: заполучить во что бы то ни стало. А теперь трусил облажаться: подобраться к телу, так и не проникнув глубже, в самую красивую душу, которую доводилось встречать.

Злата была принципиальной. Или всё или ничего. Прямо как я пару лет назад до инцидента, разделившего жизнь на «до» и «после». Тогда я узнал, как просто в одно мгновение переметнуться на темную сторону…

– Феликс, не надо, пожалуйста… – пробормотала она, глядя на меня иначе.

Без этого леденящего душу ужаса. С надеждой, что у нас есть хотя бы шанс.

Все эти дни после баскетбольных тренировок Громов жаловался, что Злата охладела к нему. Он советовался с ребятами в раздевалке, как вернуть в отношения былую гармонию. Придурок. Чесал языком, вместо того чтобы просто быть рядом со своей девочкой.

Сдавленно зарычал, перекатываясь на живот. Златовласка тут же переползла на дальний край кровати, и я рассмеялся.

– Если захочу – тебе ничего не поможет. Так что поболтаем немного и ляжем спать. Идет?

– И ты даже не будешь пользоваться своими грязными приемчиками? – пробормотала она, с недоверием заглядывая мне в глаза.

– Только если сама залезешь на меня сверху. Тогда точно тормоза откажут, – вымученно улыбнулся, стараясь не смотреть на её обнаженные ноги.

В голове сразу вспыхивала картина, как она садится на меня сверху, широко разводя их в стороны.

Безумие адово!

– В таком случае я могу быть спокойна, – искренне рассмеялась гостья, перекидывая волосы через плечо, и на душе у меня моментально потеплело. Не хватало ещё, чтобы бабочки прилетели.

Блять!

– Не переживай. На одну ночь я превращусь в самого хорошего парня, какого тебе только доводилось встречать. Тем более тренер настоятельно рекомендует не трахаться перед важными матчами, а следующая игра турнира уже завтра вечером.

Златовласка поморщилась.

– Не знала, что тренер просит вас о таком… – задумчиво пробормотала, и я еле сдержал ухмылку, догадываясь, что её горе бойфренд неукоснительно следует всем этим рекомендациям.

Злата уселась по-турецки, не сводя с меня любопытного взгляда. Её ласковая улыбка задела какую-то особую струну в душе, словно пробудила во мне истинного мужчину.

Захотелось завоевать её. Стать для неё особенным.

– Так где твое хваленое вино, Железнов? – укоризненно покачала головой девушка, и я тут же потянулся за штопором.

* * *

Полчаса спустя, чересчур широко улыбаясь, гостья выглядела спокойной и расслабленной. Знала бы она, с каким трудом мне удается вести непринужденную беседу. Все-таки ледяной душ был бы очень кстати…

– Так как ты попал в баскетбольную команду универа? – забавно поджав губу, поинтересовалась собеседница.

– Пришел к тренеру и сказал, что я лучший. Он ответил: «Если лучший, докажи». И я доказал. Всё просто.

– Ничего себе… – удивлённо пожала плечами Мягкова, делая маленький глоток из горла.

Капелька вина покатилась по её шее, убегая под горловину футболки, и я крепче стиснул зубы, мечтая, чтобы на месте беглянки оказался мой язык.

– Я заболел баскетболом с пелёнок. Совсем мелким увидел по телеку, как Джордан загоняет «оранжевого» в кольцо, и понеслось. Правда, пару лет назад был небольшой перерыв – увлекся гонками… Но не смог долго обходиться без любимой игры.

– И с чем был связан перерыв? – немного напряженно спросила Злата.

– Это что, допрос с пристрастием? – отшутился, подползая ближе.

– Эй, Железнов… – шумно выдохнула красавица, когда я вытянулся рядом, укладывая голову на её бёдра.

– Ау? – уголки губ изогнулись в коварной улыбке.

Вздохнул, ощущая, как от близости податливого тела в паху стало приятно потягивать. Вдруг Злата запустила пальцы в мои волосы. Она стала медленно гладить их, пробираясь через запутанные пряди, и я зажмурился.

– Я рада, что ты можешь быть таким… – сказала она, медленно сглотнув.

– Ты не знаешь, какой я. А вот ты настоящее золото.

Повисла тягучая пауза. Наши сердца бились в унисон. Её пальцы танцевали в моих волосах, и впервые за долгие месяцы с того жуткого случая я обрёл настоящий покой. Хоть тело и плавилось от зубодробильного желания, на душе воцарился полный штиль… Было страшно открывать глаза. Испугался, что спустя считанные часы, недели, месяцы она выполнит все условия сделки и уйдет из моей жизни навсегда.

Тёплые пальцы красавицы неожиданно опустились на моё лицо. Она прочертила невидимую линию от одного уголка губы до другого, и я шумно сглотнул.

– Феликс, я хочу спать. Да и тебе надо хорошенько выспаться перед завтрашней игрой… – еле слышно пробормотала Злата.

– Ты его любишь? – произнес надломленным голосом, накрывая её руку своей.

– Я решила дать нашим отношениям ещё один шанс. Всё не может закончиться за какой-то несчастный месяц…

– Хорошо. Давай спать, – сухо бросил в ответ, резко подскакивая и, не оборачиваясь, пошел в душ.